Кошелев Всеволод Николаевич, кандидат биологических наук, заведующий сектором
680038, г. Хабаровск, Амурский бульвар, 13а
Koshelev Vsevolod N., Ph.D., head of sector
13a, Amursky Boulevard, Khabarovsk, 680038
Колпаков Николай Викторович, доктор биологических наук, руководитель филиала
680038, г. Хабаровск, Амурский бульвар, 13а
Kolpakov Nikolai V., D. Biol., director of branch
, 13a, Amursky Boulevard, Khabarovsk, 680038
По результатам траловой съемки, выполненной бим-тралом в сентябре-октябре 2003 г. (57 тралений на глубинах 1,5–23,0 м), описано распределение рыб и креветки в русле нижней части Амура (40–960 км). Всего поймано 2584 экз. 22 видов рыб и 1077 экз. одного вида беспозвоночных (креветка Palaemon modestus). Среди рыб по числу видов доминировали представители отрядов Cypriniformes (13 видов) и Siluriformes (4 вида). Общая численность донных и придонных рыб составила 32,161 млн экз., численность креветки — 4,887 млн экз. Наиболее многочисленными среди рыб были два промысловых на Амуре вида: косатка Бражникова Tachysurus brashnikowi (16,26 млн экз.) и косатка-скрипун T. sinensis (4,32 млн экз.). Численность рыб и креветки многократно возрастает к устью Амура, что коррелирует с увеличением биомассы кормового бентоса в том же направлении. Общая биомасса рыб и креветки составила соответственно 583,8 и 8,8 т. Биомасса рыб изменялась в пределах 0,012–2,572 г/м2 (в среднем 0,450 ± 0,270 г/м2), биомасса креветки была равна 0,005–0,044 г/м2 (0,021 ± 0,012 г/м2). При этом 82,4 % биомассы рыб было приурочено к нижнему участку (40–400 км от устья), вся биомасса креветки — к участку 50–150 км от устья. По биомассе в уловах преобладали: косаткаскрипун (32,9 %), косатка Бражникова (24,0 %), ящерный пескарь Saurogobio dabryi (12,6 %), косатка-плеть T. ussuriensis (9,7 %), амурский белоперый пескарь Romanogobio tenuicorpus (7,8 %), амурский осетр Acipenser schrenckii (5,6 %), амурский обыкновенный пескарь Gobio cynocephalus (2,4 %) и калуга Huso dauricus (0,6 %).
istribution of fishes and prawns in the Amur River (40–960 km from the mouth) is described on results of the beam-trawl survey conducted in September-October, 2003 (57 trawl stations at the depth of 1.5–23.0 m). In total, 2584 ind. of 22 fish species and 1077 ind. of 1 invertebrate species (prawn Palaemon modestus) were caught. The highest species richness was registered for orders Cypriniformes (13 species) and Siluriformes (4 species). The fish and prawn stocks were evaluated as 32.161 . 106 ind. (583.8 t) for bottom and near-bottom fish and 4.887 . 106 ind. (8.8 t) for prawns. Two commercial fish species were the most abundant: catfishes Tachysurus brashnikowi (16.26 . 106 ind. or 32.9 % of total biomass) and T. sinensis (4.32 . 106 ind. or 24.0 % of total biomass); other 6 fish species with considerable biomass were lizard gudgeon Saurogobio dabryi (12.6 %), ussuri catfish T. ussuriensis (9.7 %), amur white-pinned gudgeon Romanogobio tenuicorpus (7.8 %), amur sturgeon Acipenser schrenckii (5.6 %), amur gudgeon Gobio cynocephalus (2.4 %), and kaluga Huso dauricus (0.6 %). Distribution density varied in the range of 0.01–2.57 g/m2 (on average 0.45 ± 0.27 g/m2) for fish and 0.005–0.044 g/m2 (0.021 ± 0.012 g/m2) for prawns. Abundance of both fish and prawns increased multifold towards the Amur mouth that correlated with increasing of forage benthos biomass in the same direction. So, the main portion of fish biomass (82.4 %) was distributed in the Amur River downstream (40–400 km from the mouth) and the prawn stock was concentrated completely in its lowermost part (50–150 km from the mouth).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.